Густера, ласкирь

Густера, ласкирь, платка — это названия одной и той же рыбы, весьма схожей с лещом. Живет она в реках и озерах, в опресненных морских заливах и водохранилищах, в лиманах и каналах. Живет во Франции, Англии, Швеции, Норвегии, Швейцарии, ее можно поймать в Архангельской области, Финском заливе и Закавказье...

А вот на Дону ее только недавно повысили, в ранге: в Цимлянском водохранилище, и Манычских лиманах стало так много ласкиря, что его официально перевели в  разряд промысловых.

И все же повышение в «табели о рангах» никак не помогает ему пробиться «в люди»: многие по-прежнему считают его сорной рыбой. Тут хочется сделать весьма существенное, на наш взгляд, пояснение: ласкирь - прекрасная по своим вкусовым качествам рыба. Костлявая? Возможно, но и в винограде есть косточки! Так вот, специалисты отнесли ласкиря к сорной рыбе по той причине, что, видите ли, характер его питания «близок к питанию ценных промысловых рыб». И еще в вину ласкирю поставлен его медленный рост. Вот, пожалуй,  и все доводы.

Ласкири, как правило, держатся в одном стаде с лещами и часто выводят из терпения рыболовов-любителей, сбивая насадку и мешая поймать крупную рыбу. Впрочем, густеру не назовешь рядовой мелочью. К примеру, в Веселовском водохранилище попадаются рыбины длиной почти в тридцать сантиметров и весом до трехсот пятидесяти граммов. А вообще-то средняя длина густеры чутъ больше пятнадцати сантиметров.

Ласкирь очень схож с подлещиком. Только вот чешуя у него заметно крупнее, глаза больше. Спинка чаще всего серая, с голубизной, а бока — серебристые, с голубоватым отливом. Особенно привлекательны парные плавники — красно-бурые, различной плотности, на вершинках размытые до темно-серых тонов.

Густера — рыба медлительная, долго живет на одном месте, любит тихую, но глубокую и теплую воду с глинистым иловатым дном. Тут ее вкусы полностью совпадают с запросами лещей, потому, видимо, они и держатся в одном стаде. И рыболовы напрасно злятся на то, что она якобы отгоняет крупных лещей от крючков с приманкой. Скорее всего причина бойкого клева густеры в  том месте, где много и лещей, в ее смелости: она менее боязлива и смело идет к насадке. Пока лещ высматривает и прицеливается, ласкирь уже у крючка, а потому и чаще — на крючке. По крайней мере, многие опытные рыбаки так объясняют активный клев ласкирей в стаде лещей.

Так что не огорчайтесь, если вас одолевают на реке ласкири. Давно замечено, что на самой плохой рыбалке, когда поплавок стоит, как в колодце, именно ласкирь может обласкать ваше сердце отменным клевом — на то он и ласкирь! А из него и уха отменная, и вяленый он хорош.

Щука

Взрослая щука может и водоплавающую живность проглотить, а если пищи мало — и своего сородича, не моргнув глазом. Это прямо-таки крокодил речной, живая торпеда! Подвижные глаза дают ей возможность, не двигаясь в засаде, хорошо видеть, что творится и сверху, и по сторонам. Уже по внешнему виду можно судить о ее проворстве и хищности: туловище длинное, покрыто мелкой чешуей, голова большая, приплюснутая, с широко открывающимся ртом, буквально утыканным острыми зубами. Окраска темная, с преобладанием зеленых, бурых и желтых оттенков (что позволяет незаметно маскироваться в зарослях); бока пятнистые или полосатые, беловатое брюхо усеяно серыми крапинками; непарные плавники серые с каймой, а парные имеют теплый оранжевый оттенок. Но наряд во многом зависит от растительности, цвета дна и воды. С годами даже светлая щука становится темнее. И в наше время еще ловят щук длиною в полтора и более метров, весом в тридцать — тридцать пять килограммов.

Самой крупной долгое время считали щуку императора Фридриха II Барбароссы, пущенную им, как значилось на кольце, в 1230 году в озеро близ Хайльбронна и пойманную неводом в 1597 году. Через двести пятьдесят семь лет! Рыба, говорится в описании, оказалась совершенно белой. Весила она сто сорок килограммов при длине в пять метров семьдесят сантиметров.

Под  Москвой при чистке прудов (в конце позапрошлого столетия. — Г. Г.) была поймана трехаршинная щука с золотым кольцом в жаберной крышке с надписью: «Посадил царь Борис Федорович». История правдоподобная, но скорее всего и она является лишь рыбацкой сказкой.

В 1979 году в Великобритании была издана «Кадастровая книга гигантских щук» с множеством фотопортретов хищниц. Сюда попали сообщения о выловленных щуках-гигантах массой в четырнадцать и более килограммов. Русская рекордсменка в тридцать четыре килограмма была поймана в озере Ильмень в 1930 году.

Щука способна выметывать до миллиона икринок! (Сазан — до полутора, а луна-рыба — до трехсот миллионов!) Казалось бы, эти рыбы должны заполонить все подводное царство, но ничего подобного не происходит. Несметное количество икринок гибнет в первые же часы появления на свет, остаются неоплодотворенными, обсыхают на растениях и берегах после спада воды, их десятками, сотнями тысяч поедают рыбы и... сами «родители».

Хоть и отменные охотницы, щуки при этом домоседки, имеющие свои владения. Они ловко прячутся и маскируются в подводных зарослях, среди коряг, под обрывами и нависшими кустами на облюбованной территории и готовы в любой момент броском кинуться из своей засады на жертву и схватить ее широченной пастью, утыканной острыми, повернутыми вовнутрь зубами. В считанные секунды в желудке может оказаться рыба, лягушка, ондатра, утенок или гусенок, змея... Щука избегает мутной воды и быстрого течения, не любит солнечных лучей, бьющих в глаза. О зубах щуки следует сказать особо. Нижняя челюсть ее заметно выдается вперед, зубы на ней разного размера и служат для захвата и удержания жертвы; остальные — более мелкие, острыми концами направлены к глотке и — что самое интересное! — подвижны: могут погружаться и совсем прятаться в слизистую оболочку, покрывающую кости. Схватила щука добычу — зубы утопают и пища свободно проходит в глотку, но стоит ей встрепенуться, попытаться вырваться из пасти хищника, как зубы тут же приподнимаются, выходят из своих укрытий и впиваются в жертву (кстати, добычу щука заглатывает только с головы). Какой совершенный механизм! И еще одна примечательная особенность: зубы на нижней челюсти постоянно меняются — охотничье оружие должно быть в исправном состоянии! Когда рабочий зуб стареет и выходит из строя, на его место становится своим основанием соседний замещающий зуб, сначала он шатается, но затем прочно прирастает к кости. В одно и то же время в пасти могут быть старые рассасывающиеся зубы, отслужившие свой век, крепкие рабочие и совсем еще молодые. Такое состояние зубов у щуки можно наблюдать в разное время года. Но случается и так, что в один сезон начинает обновляться большинство зубов. Тогда щука не проявляет особой активности, избегает брать крупную добычу, если она даже вертится у нее под носом. И тут, чем мельче у вас на крючке живец, тем больше шансов соблазнить временно обезоруженную  хищницу.

Много щуки гибнет от рук браконьеров во время нереста, когда рыба идет на мелководье, шумно плещется и становится легкой добычей: ее нередко бьют острогой, глушат топорами, колют вилами, стреляют из ружей... У нас на Дону нерест щуки начинается в феврале-марте, бой ее проходит у самого берега, в зарослях камыша и куги, там, где вода подтопляет луга и низины, участки выжженного тростника.

Самка плывет впереди, оставляя на полтела пять-восемь сопровождающих самцов. Они прижимаются к ее бокам или плывут сверху. Над водой все время появляются плавники и спины   рыб.   Щуки   трутся   о   подвижную растительность, коряги,  затопленные деревья. В конце икрометания вся стая с шумным плеском бросается в разные стороны, при этом самцы нередко выпрыгивают из воды. На этом все заботы о потомстве заканчиваются...

Молодь растет быстро, если, конечно, есть хорошая кормовая база, и к концу лета щурята могут достигать уже двадцати  пяти  сантиметров.

Жадность щуки послужила поводом одно время считать ее вредной рыбой, были даже строгие рекомендации всеми силами сократить щучье поголовье. Теперь выяснилось, что она питается в основном так называемой сорной, больной и слабой рыбой. Щуку стали охотно выпускать в пруды, чтобы карпы и толстолобики не дремали: там, где есть молодь щуки в нагульных прудах, их продуктивность повышается на сто— сто пятьдесят килограммов с каждого гектара. Выходит, и хищник может пасти рыбу с большой пользой для хозяина! Более того, сегалетки щуки к концу года так вырастают, что тоже идут в продажу. А мясо щуки всегда считалось и вкусным, и полезным.

Профессия - рыбак

Помните, как нам поясняли учителя: древнему человеку уже было не прокормится охотой на диких животных, и он стал их приручать и выращивать, пасти, заготавливать для них корма… Уменьшился сбор диких злаковых зерен,   и люди научились сами возделывать хлебные растения…

Рядом с охотниками появились земледельцы, скотоводы, пастухи, ткачи и пряхи, кузнечных дел мастера, храбрые воины, народы и государства, буйволов впрягали в телегу с глиняными колесами,  все развивалось и изменялось.

Но вот диковина: рыбак с незапамятных времен  и по сей день остался рыбаком! Так что профессия эта – самая древняя на земле!

Рыболовство, как показали исследования ученых многих стран мира, особо широкое развитие получило с конца палеолита – а это значит, свыше 10 тысяч лет до нашей эры!

Охотники и рыболовы Европы верхне-палеолитического периода употребляли в пищу мясо северного оленя, дикой лошади, бизона, зайца, куропаток… А вот из рыб самыми вкусными в ту пору считались лосось, щука, форель, лещ. Охотники и рыболовы мезолита, жившие 8-12 тысяч лет назад, ловили главным образом щуку, скатов, морских лещей, угрей, крабов, треску, тюленей, скатов, акул… Не брезговали и китами, которых, случалось, штормы выбрасывали на берег. Их тут же разделывали на куски и ели.

В период неолита – 5-8 тысяч лет назад – человек научился возделывать злаки и выращивать домашних животных. Но рыбу люди ели по-прежнему в немалом количестве. Более того, ею кормили прирученный крупный рогатый скот. Уже тогда люди знали, как запасать рыбу, в частности осетров, угрей, лососей, впрок, для питания в зимнее время. Их коптили, сушили, вялили. Позже стали готовить и соленную рыбу: пряного и обыкновенного посола. В Египте бедняки, чаще всего из-за дороговизны мяса, питались соленой рыбой. В Древней Месопотамии у многих людей на столе в основном была соленая, вяленная и копченая рыба, а мясо считалось недосягаемой роскошью… В Древней Греции очень распространенной пищей была все та же рыба! Еще больше пристрастились к рыбе наши предки в конце четвертого века до нашей эры. Самым признанным было излюбленное острое блюдо «гарон», которое получали из рыбы, заливая ее рассолом на два-три месяца.

Древнейшие труды и поваренные сборники о питании в IV веке до нашей эры свидетельствуют о широком знакомстве людей с рыбной кулинарией.

Русичи ели рыбу наравне со всем тем, что «бегает по полю, летает по небу, плавает в воде…» Известный наш соотечественник, сходивший за три моря, Афанасий  Никитин в XV веке с удивлением писал, что «индияне же не ядять никоторого мяса, ни яловичины, ни баранины, ни курятины, ни рыбы, ни свинины…» Как видим, великий путешественник-россиянин в один ряд со всеми другими продуктами питания поставил рыбу! Так оно и было на Руси издревле. Рыба считалась ценной и полезной в любое время года, а люди, добывающие ее, удостаивались особого внимания общества.

Интересно отметить, что само слово «рыбак» имело тогда совсем другое значение: так звались посадские торговые люди, которые продавали рыбу и поставляли ее к столу хозяев. А тех, кто добывал рыбу, величали ловцами.

В описании различных «варев» XI-XIV веков встречается кушанье «уха», что означает «навар», «похлебка»…

Возможно, и слово-то «уха» родилось в то мгновение, когда повар – далекий наш предок – зачерпнул деревянной плошкой из глиняной посуды кипящий навар и, обжигаясь, воскликнул: «Ух! А-аа…»

На праздничных царских и боярских столах рядом с зажаренными журавлями, цаплями, лебедями и зайцами стояли и такие лакомые блюда, как уха щучья и стерляжья, сельди свежие и жареные под маковым взваром, куски белуги и сига, щука-колодка на блюде, рыбная икра, сваренная в уксусе или в маковом молоке…

Слово «балык» на Русь пришло от крымских татар. На их языке это означает «рыба», и прежде всего «свежая рыба». Для нас теперь балык совсем иное понятие: особым способом провяленная спинка рыбы. И таких парадоксов в языке не мало. Парижский повар Буланже открыл в XVIII веке харчевню, каких было немало в ту пору. Но предприимчивый делец написал на вывеске необычные слова, приглашая приходить к нему «реставрировать» желудки. Так вот, благодаря находчивости повара харчевня, где умели готовить рыбные блюда, преобразилась в ресторан.

Немного о рыбе

Донской край всегда славился рыбными богатствами. Если побывать на больших и малых реках, степных прудах и лесных озерах: от моря Азовского до тихонькой речушки Песковатки, что, рождаясь в сыпучих бурунах за околицей станицы Казанской, и несет свои светлые родниковые воды в Дон, то можно насчитать более восьмидесяти видов  рыб!

Вот кто, к примеру, живет в наших краях, в подводном мире: акула катран, морская лисица и морской кот, белуга, осетр, севрюга, стерлядь, угорь; азовская, керченская, черноморская, донская сельдь, тюлька, каспийская тюлька, пузанок, шпрот, хамса, черноморский лосось, сом, угорь, щука, язь, сазан, жерех, вырезуб, рыбец, тарань, голец, линь, карась, кутум, плотва, горчак, красноперка, ерш, окунь, пескарь, толстолобик, карп, налим, судак, берш, бубырь, бычок, ротан, кнут, кругляк, рыжик, бирючок, вьюн, шемая, уклея, бестер, форель, лещ, белый амур, густера, песочник, синец, шиповка, белоглазка, цуцик, чехонь, рак...

Среди «незнакомцев» можно узнать хорошо известных рыб, если вспомнить, как их называют казаки; севрюга — чолбух, лещ — чебак, овсянка — верховна, подуст — чернопуз, шемая — селява, уклея — себель, густера — ласкирь, жерех — белизна, судак — сула, окунь — чекомас, налим — летяга, синец — синьга, сапа, подлещик — кругляк,  а ерша-носаря совсем непочтительно обозвали сопляком за то, что его чешуя обильно  покрыта защитной слизью.

Всего в водоемах донского края обитает двадцать семейств рыб, из которых наиболее важным, многочисленным является семейство карповых, насчитывающее тридцать видов и подвидов. Особый интерес представляют красные рыбы: белуга, осетр, севрюга и стерлядь. Сюда относится и шип, но эту рыбу, по официальным данным, почти восемьдесят лет никто в Азовском бассейне не встречал.
А теперь переходим к более подробному описанию.

Немного истории и географии

Тихий Дон, он же Батька Дон, он же древний Танаис — река в Европейской части России. Долгое время считалось, что Дон берет свое начало в Иван-озере, отсюда и название Дон Иванович. По площади водосбора, равной 422 тыс. км², в Европе уступает только Волге, Днепру и Дунаю. Длина реки — 1870 км. Исток Дона расположен в северной части Среднерусской возвышенности, на высоте около 180 м над уровнем моря.

Название происходит от арийского корня *dānu-: авест. dānu «река», др.-инд. dānu «капель, роса, сочащаяся жидкость».

Русское название реки произошло от скифо-сарматского слова dānu того же корня. Осетинский язык, наследник скифо-сарматского, содержит однокоренное слово don («река, вода»).

Геродот считает Танаис «восьмою скифскою рекою». Относительно доисторического времени весьма ценные сведения о Доне даёт Риттер в своей «Vorhalle». По Дону спускался Святослав со своею дружиною в походе на хазар. 

 Барбаро, рывший клады и вскрывавший курганы аданов по берегу Дона, рассказывает о рыбных ватагах на Дону и Азовском море. Контарини пишет, будто русские признавали Дон святой рекой за её рыбные богатства. 

О нижнем течении реки известно, что в глубокой древности на устье Дона существовал город Тана. Построенный греческими колонистами, он находился в зависимости от Боспорского царства. Позднее Тана, цветущий торговый город, принадлежал то венецианцам, то генуэзцам. В 1475 г. завоеванная турками Тана была переименована в Азаф, или Азов, и находилась под игом турок целых два века.  С тех пор все посольские и торговые дела Московского государства с Крымом и Царьградом справлялись главным образом по Дону. Но в 1641 г. Азов был освобожден казаками от турок, что дало России выход в Азовское море и мощную оборону южных границ.

 Эта река является также колыбелью наших южных флотов — военного, возникшего здесь при Петре I в 1696 г., и торгового, начало которому положено здесь Екатериною II в 1772 году по случаю учреждения донского торгового общества (на акциях) для хлебной торговли с Крымом.

Полибию источники Дона неизвестны. На карте Пейтингера Дон, хотя и впадает в Меотийское озеро (Азовское море), но истоки его лежат на какой-то горе на самом берегу океана, причем у истока его сделана на карте надпись: «Река Танаис, отделяющая Европу от Азии». Иорнанд смешивает верховья Дон с Уралом и заставляет низвергаться с Рифейских гор. Немало следов древнейшего знакомства норманнов с Доном сохранилось в сагах. Немало мифических сказаний собрано также графом Потоцким.

"Исток Дона"

В настоящее время за исток Дона часто принимают Шатское водохранилище к северу от города Новомосковск Тульской области, которое также им не является и отгорожено от реки железнодорожной дамбой. Настоящий исток находится в парке в 2—3 км к востоку (ручей Урванка). В Новомосковске установлен архитектурный комплекс «Исток Дона».

Характер долины и русла Дона типичен для равнинных рек. Он имеет плавный продольный профиль с уклонами, постепенно уменьшающимися к устью, средний уклон составляет 0,1%. Почти на всем протяжении Дон имеет разработанную долину с широкой поймой, множество рукавов (ериков) и староречий, и достигает в нижнем течении ширины 12—15 км. В районе города Калача-на-Дону его долина сужается отрогами Средне-Русской и Приволжской возвышенностей. На этом коротком участке пойма у реки отсутствует.

Для Дона, как и других рек региона, характерно асимметричное строение долины. Правый коренной берег — высокий и крутой, а левый — пологий и низменный. По склонам долины прослеживаются три террасы. Дно долины заполнено отложениями аллювия. Русло извилистое с многочисленными песчаными мелководными перекатами.